Сергей
ПРОХОРОВ
Нижний Ингаш
Сергей Тимофеевич Прохоров - поэт, член Союза писателей России, член Международной федерации русскоязычных писателей, член- кореспондент Крымской литературной Академии…
Автор 24 книг стихов и прозы, основатель и редактор двух литературных журналов: "ИСТОКИ" (с 2005 г.) и "ЛИТКУЛЬТПРИВЕТ!" (с 2012 г.).
За вклад в русскую словесность и национальную культуру награждён орденом "Культурное наследие".
Автор 24 книг стихов и прозы, основатель и редактор двух литературных журналов: "ИСТОКИ" (с 2005 г.) и "ЛИТКУЛЬТПРИВЕТ!" (с 2012 г.).
За вклад в русскую словесность и национальную культуру награждён орденом "Культурное наследие".
СТРАДАТЬ И ПЕТЬ
(Стихи из новой книги “Гимнастика ума”)
* * *
За вехою веха
И зримо, и слепо
Шёл, падал и пел.
Споткнулся об эхо,
Упавшее с неба,
И весь зазвенел.
И зримо, и слепо
Шёл, падал и пел.
Споткнулся об эхо,
Упавшее с неба,
И весь зазвенел.
СТРАДАТЬ И ПЕТЬ
Душа пуста,
Когда нет боли.
Она должна
Страдать и петь.
И всё пусть так,
И даже боле –
Всю боль до дна
В себе стерпеть,
Страдать и петь,
Страдать и петь.
Когда нет боли.
Она должна
Страдать и петь.
И всё пусть так,
И даже боле –
Всю боль до дна
В себе стерпеть,
Страдать и петь,
Страдать и петь.
О ДОБРОТЕ
О плохом не начинайте -
Разговор, увы, пустой.
Лучше души начиняйте
Человечной добротой.
Злое слово судьбы косит
Хлестче горького вина.
Доброта затрат не просит,
Но дороже всех она.
Разговор, увы, пустой.
Лучше души начиняйте
Человечной добротой.
Злое слово судьбы косит
Хлестче горького вина.
Доброта затрат не просит,
Но дороже всех она.
ЛЕТО
От небесных лир
Звонко-струнных
Дождь с утра пролил
Тонко-струйный.
Простучал по крышам
Staccato*
И затих
Незаметно как-то.
И, от солнца
Листвой просохнув,
В небо шляпу взметнул
Подсолнух.
Залоснились ботвою
Грядки.
Значит, лето
И всё в порядке.
Звонко-струнных
Дождь с утра пролил
Тонко-струйный.
Простучал по крышам
Staccato*
И затих
Незаметно как-то.
И, от солнца
Листвой просохнув,
В небо шляпу взметнул
Подсолнух.
Залоснились ботвою
Грядки.
Значит, лето
И всё в порядке.
РАЗДВОЕННОСТЬ ДУШИ
В себе самом ищу я суть
Движенья душ,
А мысли бренные несут
Такую чушь,
Как будто, путь земной верша,
На гране лет,
Одна душа другой душе
Даёт совет:
"Святая ты, а я грешна,
Одна нам мать.
Какого же тогда рожна
Нам воевать?
Навоевались за свой век
Довольно уж.
Один нам властен человек,
И тот не дюж.
Нам в спорах надо отыскать
Такую нить,
Чтоб раздвоенье душ опять
Соединить ".
Движенье душ, увы, не чушь,
И понял я,
Среди воюющих двух душ
Одна - моя.
Движенья душ,
А мысли бренные несут
Такую чушь,
Как будто, путь земной верша,
На гране лет,
Одна душа другой душе
Даёт совет:
"Святая ты, а я грешна,
Одна нам мать.
Какого же тогда рожна
Нам воевать?
Навоевались за свой век
Довольно уж.
Один нам властен человек,
И тот не дюж.
Нам в спорах надо отыскать
Такую нить,
Чтоб раздвоенье душ опять
Соединить ".
Движенье душ, увы, не чушь,
И понял я,
Среди воюющих двух душ
Одна - моя.
* * *
И снова в поисках утрат
Всю ночь я бредил,
И снова дождь прошёл с утра,
Листву проредил,
Промыл все крыши и кусты,
В струях полоща,
И за околицею стих,
За синей рощей.
А больше, вроде, ничего,
Так, чтобы очень,
Но было грустно от того,
Что скоро осень.
Всю ночь я бредил,
И снова дождь прошёл с утра,
Листву проредил,
Промыл все крыши и кусты,
В струях полоща,
И за околицею стих,
За синей рощей.
А больше, вроде, ничего,
Так, чтобы очень,
Но было грустно от того,
Что скоро осень.
ИЗБА И СЛОВО
Как слово ёмкое из букв –
Шрифт чист и ровен -
Срубил мужик свою избу
Из крепких брёвен.
Венец к венцу блестят ряды
Янтарным слогом,
Как бы приветствуя труды
Мастерового.
Печная задымит труба
Зимою злою
И обогреет всех изба
Теплом, как словом.
Шрифт чист и ровен -
Срубил мужик свою избу
Из крепких брёвен.
Венец к венцу блестят ряды
Янтарным слогом,
Как бы приветствуя труды
Мастерового.
Печная задымит труба
Зимою злою
И обогреет всех изба
Теплом, как словом.
ВЕСНА. ЛЮБОВЬ. СТИХИ
Кругом мели весенние метели,
В сердцах влюблённых чёрте что творя,
А я читал Есенина в постели
Девчонке из соседнего двора.
Сиренью пахли в окнах занавески,
И от любви хотелось петь и петь…
И матушка, мечтая о невестке,
Старалась половицей не скрипеть.
В сердцах влюблённых чёрте что творя,
А я читал Есенина в постели
Девчонке из соседнего двора.
Сиренью пахли в окнах занавески,
И от любви хотелось петь и петь…
И матушка, мечтая о невестке,
Старалась половицей не скрипеть.
ИСТИНА В РУКАХ
Наверно, где-то в чём-то и лукавя, -
Без этого немыслимо никак -
Разводим в оправданье мы руками.
Выходит, мудрость истины в руках.
Про то давно известно и науке,
Её не обмануть, что не скажи.
Где рот солжёт, солгать не смогут руки,
Вас уличит во лжи детектор лжи.
Без этого немыслимо никак -
Разводим в оправданье мы руками.
Выходит, мудрость истины в руках.
Про то давно известно и науке,
Её не обмануть, что не скажи.
Где рот солжёт, солгать не смогут руки,
Вас уличит во лжи детектор лжи.
ОНА ОДНАЖДЫ ПОСТУЧИТСЯ
Я знаю, чуду не случиться,
Таких чудес на свете нет…
Она однажды постучится
Рукой костлявою ко мне.
Я не спеша ей дверь открою,
Теперь уж некуда спешить,
Друзьям прощальный стол накрою
За упокой своей души.
И водку горькую привычно
В пустые рюмки разолью,
И ей, проклятой, горемычной
В стакан до краешек налью.
Всем предлагая угощенья,
И сам я стопку осушу,
И попрошу у всех прощенья,
За всё на свете попрошу…
Я знаю – чуду не случится,
Придёт Она – не устоит,
Но пусть не сразу постучится,
Пускай за дверью постоит.
Таких чудес на свете нет…
Она однажды постучится
Рукой костлявою ко мне.
Я не спеша ей дверь открою,
Теперь уж некуда спешить,
Друзьям прощальный стол накрою
За упокой своей души.
И водку горькую привычно
В пустые рюмки разолью,
И ей, проклятой, горемычной
В стакан до краешек налью.
Всем предлагая угощенья,
И сам я стопку осушу,
И попрошу у всех прощенья,
За всё на свете попрошу…
Я знаю – чуду не случится,
Придёт Она – не устоит,
Но пусть не сразу постучится,
Пускай за дверью постоит.
НАЙТИ БЫ ЛАМПУ АЛАДДИНА
Какая выпала година!
Какую ожидать нам впредь?
Найти бы лампу Аладдина
И потереть, и потереть.
Чтоб в этом мире искушений
И непредвиденных тревог,
И добрый, и большой волшебник,
Всё нам исправил и помог.
Какую ожидать нам впредь?
Найти бы лампу Аладдина
И потереть, и потереть.
Чтоб в этом мире искушений
И непредвиденных тревог,
И добрый, и большой волшебник,
Всё нам исправил и помог.
И ВАЯТЬ, И ВАЛЯТЬ
Нам нельзя без причуд,
Как нельзя без чудес,
Хоть чуть-чуть по чуть-чуть –
Вот такие мы есть.
Просто любим чудить,
Создавать чудеса,
И по морю ходить,
И летать в небеса,
И ваять на века,
И валять дурака.
Хоть чуть-чуть по чуть-чуть,
Нам нельзя без причуд,
Как нельзя без чудес –
Вот такие мы есть.
Как нельзя без чудес,
Хоть чуть-чуть по чуть-чуть –
Вот такие мы есть.
Просто любим чудить,
Создавать чудеса,
И по морю ходить,
И летать в небеса,
И ваять на века,
И валять дурака.
Хоть чуть-чуть по чуть-чуть,
Нам нельзя без причуд,
Как нельзя без чудес –
Вот такие мы есть.
И ЖИТЬ, И МУДРИТЬ, И ГАДАТЬ
Век живём, век мудрим, век гадаем,
А какой он? Что знаем о нём?
Мы мудры не умом, а годами,
Не вчерашним, а завтрашним днём.
Потому-то, порой, не хватает,
Чтобы вдоволь, досыта, с лихвой.
Мы года, словно книжки листаем,
Век у каждого собственный, свой.
У кого-то поменьше, побольше,
Как конец его предугадать?
Потому-то и хочется дольше
Нам и жить, и мудрить, и гадать.
А какой он? Что знаем о нём?
Мы мудры не умом, а годами,
Не вчерашним, а завтрашним днём.
Потому-то, порой, не хватает,
Чтобы вдоволь, досыта, с лихвой.
Мы года, словно книжки листаем,
Век у каждого собственный, свой.
У кого-то поменьше, побольше,
Как конец его предугадать?
Потому-то и хочется дольше
Нам и жить, и мудрить, и гадать.
ДОМ ДЕТСТВА
Небо синее. Крыша. Труба
И дымок. Это видел я где-то…
Мне сегодня приснилась изба
Из далёко-далёкого детства.
Старый дворик до боли знаком
От ворот до забора прожилин.
Я хотел бы вернуться в тот дом,
Где родился, где все ещё живы.
В этом мире мы не навсегда,
Мы на этой земле проходные.
Безвозвратно уходят года,
И уходят друзья и родные.
Я не знаю, что будет потом,
Не хочу рвать из сердца я жилы,
А хочу возвратиться в тот дом,
Где родился, где все ещё живы.
И дымок. Это видел я где-то…
Мне сегодня приснилась изба
Из далёко-далёкого детства.
Старый дворик до боли знаком
От ворот до забора прожилин.
Я хотел бы вернуться в тот дом,
Где родился, где все ещё живы.
В этом мире мы не навсегда,
Мы на этой земле проходные.
Безвозвратно уходят года,
И уходят друзья и родные.
Я не знаю, что будет потом,
Не хочу рвать из сердца я жилы,
А хочу возвратиться в тот дом,
Где родился, где все ещё живы.
ЗИМНИЙ БЛЮЗ
Затих дождей осенних блюз,
Эстрада смолкла листопада.
И вдруг я понял, что мне надо -
Я зиму, всё-таки, люблю.
Когда кругом белым-бело,
Как в пору яблони цветенья,
И от такого просветленья
В душе становится тепло.
Скользят снежинки по стеклу,
По тонко-звонкому узору,
Едва касаясь цветом взору,
Легко волнуя лаской слух.
Не удержусь и на крыльцо,
Забыв тулуп надеть и шапку,
И снега свежего охапку -
И на лицо, и на лицо.
И развесёлый зимний блюз
Станцую я себе на радость…
Как нам порой немного надо,
Как всё же зиму я люблю.
Эстрада смолкла листопада.
И вдруг я понял, что мне надо -
Я зиму, всё-таки, люблю.
Когда кругом белым-бело,
Как в пору яблони цветенья,
И от такого просветленья
В душе становится тепло.
Скользят снежинки по стеклу,
По тонко-звонкому узору,
Едва касаясь цветом взору,
Легко волнуя лаской слух.
Не удержусь и на крыльцо,
Забыв тулуп надеть и шапку,
И снега свежего охапку -
И на лицо, и на лицо.
И развесёлый зимний блюз
Станцую я себе на радость…
Как нам порой немного надо,
Как всё же зиму я люблю.
О ЛЮБВИ И О ВЕСНЕ
В небе солнышко горит ли,
Тает ли в округе снег,
Снова будем говорить мы
О Любви и о Весне.
И неважно, кто мы, где мы,
Что у нас в душе, в крови?
Не придумать лучшей темы,
Чем признание в любви.
Будоража сердца ритмы,
Обжигая кровь в огне,
Вечно будем говорить мы
О любви и о весне.
Тает ли в округе снег,
Снова будем говорить мы
О Любви и о Весне.
И неважно, кто мы, где мы,
Что у нас в душе, в крови?
Не придумать лучшей темы,
Чем признание в любви.
Будоража сердца ритмы,
Обжигая кровь в огне,
Вечно будем говорить мы
О любви и о весне.
ПИШИТЕ ПИСЬМА
Мы и живём не так теперь, и дышим,
Чего-то в нас от прошлого уж нет.
И писем мы друг другу уж не пишем,
Зачем, когда под боком интернет?
Мне свежая пришла сегодня почта
И в ней письмо. Одно среди газет.
Полузабытый, но желанный почерк,
Как памяти полузабытый свет.
Я вскрыл конверт волнительно руками,
Ну, почерк! Не разборчив ни черта!
Но чувствую дыханье меж строками,
Как же давно я писем не читал!
Как будто рядом прозвучала песня,
Послышалась до слез родная речь…
Пишите иногда друг другу письма,
Они для нас, как памятники встреч.
Чего-то в нас от прошлого уж нет.
И писем мы друг другу уж не пишем,
Зачем, когда под боком интернет?
Мне свежая пришла сегодня почта
И в ней письмо. Одно среди газет.
Полузабытый, но желанный почерк,
Как памяти полузабытый свет.
Я вскрыл конверт волнительно руками,
Ну, почерк! Не разборчив ни черта!
Но чувствую дыханье меж строками,
Как же давно я писем не читал!
Как будто рядом прозвучала песня,
Послышалась до слез родная речь…
Пишите иногда друг другу письма,
Они для нас, как памятники встреч.
МОЖЕТ, УСПЕЮ
И всё чаще с каждым днём, как на смех,
Забываться стали имена,
И все дни, что прожиты мной наспех,
Как просыпанные на пол семена...
Соберу по зёрнышку, успею,
Может. Посажу и там, и тут.
Даже, если где-то не поспеют,
То хотя бы где-то прорастут.
Забываться стали имена,
И все дни, что прожиты мной наспех,
Как просыпанные на пол семена...
Соберу по зёрнышку, успею,
Может. Посажу и там, и тут.
Даже, если где-то не поспеют,
То хотя бы где-то прорастут.
ДЛЯ СЕБЯ
Береги себя ты, ради Бога,
Говорят нам, искренне любя,
Но таких, как мы, у Бога много,
Не хватает у самих себя.
Потому-то, может, нам важнее
Друг для друга ради, для себя
Быть чуть-чуть терпимее, нежнее,
И чуть-чуть надёжнее любя.
Говорят нам, искренне любя,
Но таких, как мы, у Бога много,
Не хватает у самих себя.
Потому-то, может, нам важнее
Друг для друга ради, для себя
Быть чуть-чуть терпимее, нежнее,
И чуть-чуть надёжнее любя.
О ЛЕТЕ В НИЖНЕМ ИНГАШЕ
Я вновь о летней думаю красе,
И вспоминаю ранние прогулки,
Где стук шагов в часы такие гулкий
Смягчается в серебряной росе.
Почти у всех домов, в любом саду,
Где от цветущих гроздьев ветки гнутся,
От аромата можно задохнуться
В черёмухо-сиреневом чаду.
Да, я о нём – о Нижнем Ингаше,
А разве есть места такого краше?
И ближе и родней, чем это – наше?..
И лета в нём так хочется уже,
Где снова я по утренней красе
Все улицы пройду и переулки,
Где стук шагов в часы такие гулкий
Смягчается в серебряной росе.
И вспоминаю ранние прогулки,
Где стук шагов в часы такие гулкий
Смягчается в серебряной росе.
Почти у всех домов, в любом саду,
Где от цветущих гроздьев ветки гнутся,
От аромата можно задохнуться
В черёмухо-сиреневом чаду.
Да, я о нём – о Нижнем Ингаше,
А разве есть места такого краше?
И ближе и родней, чем это – наше?..
И лета в нём так хочется уже,
Где снова я по утренней красе
Все улицы пройду и переулки,
Где стук шагов в часы такие гулкий
Смягчается в серебряной росе.
ПЛАНЕТА ДЕТСТВА
Мы все когда-то, где-то
Однажды родились,
И детство, как планета,
В нас кружится всю жизнь,
То, удаляясь к звёздам,
То, возвращаясь вновь,
Наматывая вёрсты
Космических годов.
Простое чудо света,
Земное волшебство -
Далёкая планета,
Шар детства моего.
Прекрасная планета
Счастливых детских лет.
На свете ярче нету
Других таких планет.
Однажды родились,
И детство, как планета,
В нас кружится всю жизнь,
То, удаляясь к звёздам,
То, возвращаясь вновь,
Наматывая вёрсты
Космических годов.
Простое чудо света,
Земное волшебство -
Далёкая планета,
Шар детства моего.
Прекрасная планета
Счастливых детских лет.
На свете ярче нету
Других таких планет.
НА ПЛАВУ
Этот мир не кончается -
Самый светлый, земной.
Будто лодка качается
Под тобою и мной.
.
И всего-то, по сути нам,
Только быть на плаву.
Жизнь моя, как посудина,
На которой плыву
Между зимами, вёснами,
От тебя и к тебе,
Всё гребу себя вёслами
Я по речке-судьбе.
Этот мир не кончается
Ни сегодня, ни впредь,
Будто лодка качается
Так, что хочется петь.
Самый светлый, земной.
Будто лодка качается
Под тобою и мной.
.
И всего-то, по сути нам,
Только быть на плаву.
Жизнь моя, как посудина,
На которой плыву
Между зимами, вёснами,
От тебя и к тебе,
Всё гребу себя вёслами
Я по речке-судьбе.
Этот мир не кончается
Ни сегодня, ни впредь,
Будто лодка качается
Так, что хочется петь.
ПО НАКЛОННОЙ
Как будто сквозь линзу: далёко-близки’
Тропинка, дорога, дни, месяцы, годы.
Грузнеет походка, белеют виски,
И ноют суставы на сход непогоды.
А время бежит, по наклонной скользя,
Меняются люди, законы, привычки.
Стареют подруги, уходят друзья,
Всё меньше и меньше их на перекличке.
Вся жизнь - то вверх, а то вниз, на излом,
То где-то греховна, а где-то невинна.
Зачем уходя мы грустим о былом?
Наверно, о будущем было б наивно.
Тропинка, дорога, дни, месяцы, годы.
Грузнеет походка, белеют виски,
И ноют суставы на сход непогоды.
А время бежит, по наклонной скользя,
Меняются люди, законы, привычки.
Стареют подруги, уходят друзья,
Всё меньше и меньше их на перекличке.
Вся жизнь - то вверх, а то вниз, на излом,
То где-то греховна, а где-то невинна.
Зачем уходя мы грустим о былом?
Наверно, о будущем было б наивно.
ПОБУДЬ ЕЩЁ
О, мир земной
и солнечный,
и звёздный!
Ты был со мной
и в ранний срок,
и в поздний.
Побудь ещё
и дай мне
насладиться,
Как жизнь течёт,
как реет
в небе птица.
Мы все уйдём,
куда уходит
солнце,
И пусть дождём
оно на нас
прольётся,
Согрев
теплом земным,
как в поле семя,
Когда к мирам иным
умчит нас время.
и солнечный,
и звёздный!
Ты был со мной
и в ранний срок,
и в поздний.
Побудь ещё
и дай мне
насладиться,
Как жизнь течёт,
как реет
в небе птица.
Мы все уйдём,
куда уходит
солнце,
И пусть дождём
оно на нас
прольётся,
Согрев
теплом земным,
как в поле семя,
Когда к мирам иным
умчит нас время.
ЗДРАВСТВУЙ, МАМА!
Вернуться если б мне туда,
Откуда столько лет я шёл.
Чего бы сделать мог тогда
Такого нужного ещё?
О чём всё время забывал
Среди никчёмной суеты,
И с кем не раз, порой, бывал
Скупым на ласку доброты.
О ком в мечтах не говорил,
Но с кем мне было хорошо…
Калитку б к дому отворил:
- Ну, здравствуй, мама! -
Я пришёл!
Откуда столько лет я шёл.
Чего бы сделать мог тогда
Такого нужного ещё?
О чём всё время забывал
Среди никчёмной суеты,
И с кем не раз, порой, бывал
Скупым на ласку доброты.
О ком в мечтах не говорил,
Но с кем мне было хорошо…
Калитку б к дому отворил:
- Ну, здравствуй, мама! -
Я пришёл!
ОТЧЕСТВО
Среди важных дел, забот и прочего,
Жизни составляющих итог,
Человеку важно его отчество,
Как реке родник - её исток
Светлый или замутнённый горечью?
Жаль, не выбираем мы родни.
Если величаешься ты с гордостью,
Значит, чистым жизни был родник.
Жизни составляющих итог,
Человеку важно его отчество,
Как реке родник - её исток
Светлый или замутнённый горечью?
Жаль, не выбираем мы родни.
Если величаешься ты с гордостью,
Значит, чистым жизни был родник.
ПОДУШКА – ПОДРУЖКА
Я завёл себе подружку
На всю старческую мочь –
Распуховую подушку,
Сладко спим мы с ней всю ночь.
Не стареет, не линяет
И не просит, есть и пить,
Мне ни с кем не изменяет,
Только просит на ночь взбить.
И так ласково обнимет,
К голове моей прильнув,
Всю усталость сразу снимет,
Уводя меня ко сну.
Вот такая есть подружка
У меня теперь одна –
Распуховая подушка,
Как любимая жена.
На всю старческую мочь –
Распуховую подушку,
Сладко спим мы с ней всю ночь.
Не стареет, не линяет
И не просит, есть и пить,
Мне ни с кем не изменяет,
Только просит на ночь взбить.
И так ласково обнимет,
К голове моей прильнув,
Всю усталость сразу снимет,
Уводя меня ко сну.
Вот такая есть подружка
У меня теперь одна –
Распуховая подушка,
Как любимая жена.
ВЕСЕННИЙ ДОЖДИК
Утром дождичек прошёл
По деревне нагишом,
Приставал ко всем подряд:
От прохожих до оград.
Меж дворами в пляс пустился,
Во все стороны пролился.
Млели крыши и кусты
От небесной чистоты
По деревне нагишом,
Приставал ко всем подряд:
От прохожих до оград.
Меж дворами в пляс пустился,
Во все стороны пролился.
Млели крыши и кусты
От небесной чистоты
* * *
Не предъявляя жизни счёт
Я сам за всё плачу
И потому я жить ещё
Пытаюсь, и хочу.
Я сам за всё плачу
И потому я жить ещё
Пытаюсь, и хочу.
ЧЕГО НАМ ЖДАТЬ?
Ну, что-то, ведь, должно произойти
Такое необычное. Такое…
Как хочется и мира, и покоя,
Как тяжело груз смутности нести.
Каких ещё нам ждать поступков, слов,
Неведомых, неслыханных нам сроду,
Чтоб вдруг и навсегда произошло
Взаимопонимание народов.
Такое необычное. Такое…
Как хочется и мира, и покоя,
Как тяжело груз смутности нести.
Каких ещё нам ждать поступков, слов,
Неведомых, неслыханных нам сроду,
Чтоб вдруг и навсегда произошло
Взаимопонимание народов.
ПО ТИХОЙ ОСЕНИ
В каком саду, в каком году,
Цветами чувств играя,
По тихой осени пройду
От края и до края.
Ступая павшим листьям в след,
И нежно душу раня,
Я соберу большой букет
Былых воспоминаний.
Цветами чувств играя,
По тихой осени пройду
От края и до края.
Ступая павшим листьям в след,
И нежно душу раня,
Я соберу большой букет
Былых воспоминаний.
ВЛЮБЛЁННЫЙ ЯНВАРЬ
Шутя, друг друга мы смешили
И были счастливы уже,
А с неба падали, снежили
Снежинки в снежном кутеже.
Их радостно с тебя сметая,
Я поспевал сметать едва ль,
И на ресницах твоих таял,
Влюблённый по уши январь.
И были счастливы уже,
А с неба падали, снежили
Снежинки в снежном кутеже.
Их радостно с тебя сметая,
Я поспевал сметать едва ль,
И на ресницах твоих таял,
Влюблённый по уши январь.
* * *
Мы в этой жизни или, или.
Но всё плохое я простил.
Когда меня похоронили,
Я даже как-то загрустил,
Но вдруг, заслышав бабий вой,
Вновь ожил: – Бабы, я живой!
Но всё плохое я простил.
Когда меня похоронили,
Я даже как-то загрустил,
Но вдруг, заслышав бабий вой,
Вновь ожил: – Бабы, я живой!
ЛУЧШЕ Б НА ГУСЛЯХ
Мы нежные люди,
Мы солнышку рады,
Мы музыку любим,
А слышим снаряды.
Уберегусь ли
На огненном вскрике?
Мне лучше б на гуслях,
Мне лучше б на скрипке.
Мы солнышку рады,
Мы музыку любим,
А слышим снаряды.
Уберегусь ли
На огненном вскрике?
Мне лучше б на гуслях,
Мне лучше б на скрипке.
ЗЕМЛИ ТЕПЛО
О, боже, боже, боже мой,
Как же люблю я мир земной!
Его готов пройти пешком
В унтах, сандалиях, босиком,
В снегах полярных и в степи,
Куда ещё не занесло,
И где ногою не ступив,
Земли я чувствую тепло.
Как же люблю я мир земной!
Его готов пройти пешком
В унтах, сандалиях, босиком,
В снегах полярных и в степи,
Куда ещё не занесло,
И где ногою не ступив,
Земли я чувствую тепло.
ПОДНОЖКА
Читая на лицах
Прохожих тоску я,
Хочу помолиться,
Грехами рискуя.
Кто нынче не грешен?
Молюсь понемножку.
Но ставит мне леший
Ко храму подножку.
Прохожих тоску я,
Хочу помолиться,
Грехами рискуя.
Кто нынче не грешен?
Молюсь понемножку.
Но ставит мне леший
Ко храму подножку.
СТИХАМИ НАГРАДА
Лет много я прожил,
Чего ещё надо?
Мечтать лишь о прошлом
Осталась отрада.
Занятие это
Не всякий раз в радость,
Но как для поэта -
Стихами награда.
Чего ещё надо?
Мечтать лишь о прошлом
Осталась отрада.
Занятие это
Не всякий раз в радость,
Но как для поэта -
Стихами награда.
КАК ХОЧЕТСЯ НА МИГ
ПОМОЛОДЕТЬ
Не знаем мы, увы, когда и где
Нам ожидать конечного причала.
Как хочется на миг помолодеть,
Вернуться в то далёкое начало,
Где столько ещё радостей и грёз,
И счастливы нам горы и долины,
И пироги к рожденью не из глины,
И все мечты реальны и всерьёз.
Стою на самом краешке пути.
Каким он был - он был моим, не скрою,
А жизнь свою запомню молодою,
Так легче груз лет дальше мне нести.
Нам ожидать конечного причала.
Как хочется на миг помолодеть,
Вернуться в то далёкое начало,
Где столько ещё радостей и грёз,
И счастливы нам горы и долины,
И пироги к рожденью не из глины,
И все мечты реальны и всерьёз.
Стою на самом краешке пути.
Каким он был - он был моим, не скрою,
А жизнь свою запомню молодою,
Так легче груз лет дальше мне нести.
МУЗЫКА ДОЖДЯ
Сию минуту или погодя
То жизнь торопим, то теряем время,
А лучше слушать музыку дождя –
Снимает как рукой любое бремя.
Спадают с плеч и год, и день, и час,
Как бы вода, что с крыши вниз стекает
И струны струй за окнами звучат,
И нотами мелодий, и стихами
Уводят от никчёмной суеты,
Печали все и недуги смывая,
И звуками небесной чистоты
Тебя всего, как пледом накрывая
Сию минуту или погодя,
Да это, в общем, и не так уж важно.
Люблю я слушать музыку дождя,
Меня очаровавшую однажды.
То жизнь торопим, то теряем время,
А лучше слушать музыку дождя –
Снимает как рукой любое бремя.
Спадают с плеч и год, и день, и час,
Как бы вода, что с крыши вниз стекает
И струны струй за окнами звучат,
И нотами мелодий, и стихами
Уводят от никчёмной суеты,
Печали все и недуги смывая,
И звуками небесной чистоты
Тебя всего, как пледом накрывая
Сию минуту или погодя,
Да это, в общем, и не так уж важно.
Люблю я слушать музыку дождя,
Меня очаровавшую однажды.
НА УС
Не люблю я ерунды,
От неё дурею,
Не ношу я бороды,
Но усов не брею.
А к лицу мне или нет
Те власы под носом –
Ерунда, ведь я поэт,
Хоть и под вопросом.
Мне усы - ни форс, ни вкус,
В смысле про наружность,
А мотаю я на ус,
Всё, чего мне нужно.
От неё дурею,
Не ношу я бороды,
Но усов не брею.
А к лицу мне или нет
Те власы под носом –
Ерунда, ведь я поэт,
Хоть и под вопросом.
Мне усы - ни форс, ни вкус,
В смысле про наружность,
А мотаю я на ус,
Всё, чего мне нужно.
В ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ ХРИСТА
Я был ещё в сладостной дрёме,
Когда ни с того, неспроста
Поэт позвонил мне, Ерёмин,
Поздравил с рожденьем Христа.
Я был удивлён и растроган,
Спросил: "А ты разве крещён?"
"А нехристей нету у Бога",
Воскликнул поэт возмущён.
И, поразмыслив немного,
Весь мир этот грешный любя,
Мы чтили и славили Бога
Иисуса Христа и себя,
И всех остальных понемножку,
От щедрости душ заодно
И серую в инее кошку,
Скребущуюся за окном.
Когда ни с того, неспроста
Поэт позвонил мне, Ерёмин,
Поздравил с рожденьем Христа.
Я был удивлён и растроган,
Спросил: "А ты разве крещён?"
"А нехристей нету у Бога",
Воскликнул поэт возмущён.
И, поразмыслив немного,
Весь мир этот грешный любя,
Мы чтили и славили Бога
Иисуса Христа и себя,
И всех остальных понемножку,
От щедрости душ заодно
И серую в инее кошку,
Скребущуюся за окном.
ЧЕТВЕРТИНКИ
* * *
Хлеб ржаной и авокадо,
Правда горькая и лесть.
Что нам в жизни ещё надо,
Когда всё и так уж есть.
Правда горькая и лесть.
Что нам в жизни ещё надо,
Когда всё и так уж есть.
* * *
То где-то солоно, то пресно,
То в драку тянет, то дружить.
И вроде жить не интересно,
А что же хочется так жить?
То в драку тянет, то дружить.
И вроде жить не интересно,
А что же хочется так жить?
* * *
Как давно уже я мире не был
Ни в натуре, ни во сне.
Я сегодня видел небо
Через форточку в окне.
Ни в натуре, ни во сне.
Я сегодня видел небо
Через форточку в окне.
* * *
А какая наша доля вся?
Говорят, что всё пучком
И пока Россия доится,
Будем все мы с молочком.
Говорят, что всё пучком
И пока Россия доится,
Будем все мы с молочком.
* * *
Верим в это мы и в то, что
Всё прекрасно, что ни есть…
Хорошо цвела картошка,
Значит, будет чего есть.
Всё прекрасно, что ни есть…
Хорошо цвела картошка,
Значит, будет чего есть.
* * *
А жизнь меня душою всей внимала
В начале и на самом вираже…
Стихов я про неё сложил немало,
Но лучшие написаны уже.
В начале и на самом вираже…
Стихов я про неё сложил немало,
Но лучшие написаны уже.
* * *
То нахлынет, то стихает
Боль от недугов и бед.
- Чем вы лечитесь? – Стихами. –
Мой на то один ответ.
Боль от недугов и бед.
- Чем вы лечитесь? – Стихами. –
Мой на то один ответ.
* * *
Не ем я чёрную икру –
Желанья нету.
Готовлю кашу на пару –
Блюду диету.
Желанья нету.
Готовлю кашу на пару –
Блюду диету.
* * *
А среди вечных делений
По именам, рангам, лицам,
Лучше быть первым в деревне,
Чем миллионным в столице.
По именам, рангам, лицам,
Лучше быть первым в деревне,
Чем миллионным в столице.
* * *
Встал сегодня ровно в восемь
Бодреньким от сна.
- С добрым утром! - шепчет осень
Веткой у окна.
Бодреньким от сна.
- С добрым утром! - шепчет осень
Веткой у окна.
* * *
Раз на жизнь лимита нет,
Может даже статься,
Проживу ещё сто лет
Бодреньким я старцем.
Может даже статься,
Проживу ещё сто лет
Бодреньким я старцем.
* * *
Судьба, порой, как нить каната,
Сорвёшься – амплитуды звук…
Я раньше жил не так, как надо,
Как надо ли теперь живу?
Сорвёшься – амплитуды звук…
Я раньше жил не так, как надо,
Как надо ли теперь живу?
* * *
Время днями меря и часами,
Ходим, едем, спим, летим, бежим…
Что бывает с нами между снами? -
Очевидно жизнь.
Ходим, едем, спим, летим, бежим…
Что бывает с нами между снами? -
Очевидно жизнь.
* * *
Нахрена Фоме пропеллер,
Если нету самолёта…
В небе жаворонки пели,
Восхищаясь от полёта.
Если нету самолёта…
В небе жаворонки пели,
Восхищаясь от полёта.
* * *
То бездари, то гении.
Довериться кому?
Вчера прочёл Тургенева
Ивана про Муму.
Довериться кому?
Вчера прочёл Тургенева
Ивана про Муму.
* * *
И вновь повторится всё это:
Рассвет, солнце дня, звёзды тьмы
В коротких мгновениях лета,
В объятиях долгой зимы.
Рассвет, солнце дня, звёзды тьмы
В коротких мгновениях лета,
В объятиях долгой зимы.
* * *
В разрез естеству и науке,
А, пан или, в смысле, пропал,
Попробовал взять себя в руки,
На заднее место упал.
А, пан или, в смысле, пропал,
Попробовал взять себя в руки,
На заднее место упал.
* * *
Не подражая никому,
Хотя вокруг соблазнов тьма,
Доверюсь своему уму
И буду счастлив без ума.
Хотя вокруг соблазнов тьма,
Доверюсь своему уму
И буду счастлив без ума.
* * *
Все мы, где-то божьи твари,
Мудрецы и чудаки,
Ну, а где мозги не варят,
В ход вступают кулаки.
Мудрецы и чудаки,
Ну, а где мозги не варят,
В ход вступают кулаки.
* * *
Если жизнь, как пила,
Взад-вперёд не ленится:
Вжик-вжик-вжик и все дела,
Ну, а дел – поленница.
Взад-вперёд не ленится:
Вжик-вжик-вжик и все дела,
Ну, а дел – поленница.
* * *
"Жду тебя уж битый час" -
Поговорка есть у нас.
Ну, а кто же час тот бьёт?
Вероятно, тот, кто ждёт.
Поговорка есть у нас.
Ну, а кто же час тот бьёт?
Вероятно, тот, кто ждёт.
* * *
Начало и конец. А в промежутке
С недавних пор на краюшке судьбы
Я понял, наконец,
жестокость грустной шутки -
Когда не сор выносят из избы.
С недавних пор на краюшке судьбы
Я понял, наконец,
жестокость грустной шутки -
Когда не сор выносят из избы.
* * *
Знает каждый и везде,
Если что случится,
Лучше где-то перебдеть,
Чем пересомнитьтся.
Если что случится,
Лучше где-то перебдеть,
Чем пересомнитьтся.
* * *
Слиянье чувств всему основа,
Соединяющая нас.
Душа откликнулась на слово
И словом песня родилась.
Соединяющая нас.
Душа откликнулась на слово
И словом песня родилась.
* * *
Жизнь свою душою мерьте,
Ни к чему считать года.
И не думайте о смерти
Ни сегодня, никогда.
Ни к чему считать года.
И не думайте о смерти
Ни сегодня, никогда.
* * *
Вопрос извечный: в чём же смысл жизни
В круговороте судеб, лет и дней?
Ответ простой, с налётом укоризны, –
Весь смысл жизни, очевидно, в ней.
В круговороте судеб, лет и дней?
Ответ простой, с налётом укоризны, –
Весь смысл жизни, очевидно, в ней.
* * *
Так, вот, сразу и наверняка
Распознать: кто есть кто, вряд ли сможешь.
Умный может свалять дурака,
А дурак скорчить умную рожу.
Распознать: кто есть кто, вряд ли сможешь.
Умный может свалять дурака,
А дурак скорчить умную рожу.
* * *
Как живешь, что думаешь, чем дышишь?
Хорошо, когда все по уму.
Сам себя в историю не впишешь –
Нужен ты в ней больно-то кому.
Хорошо, когда все по уму.
Сам себя в историю не впишешь –
Нужен ты в ней больно-то кому.
* * *
Я жизнь свою, как азбуку, прочёл
От А до Я.
Где хладно было, где и горячо,
Зато - своя.
От А до Я.
Где хладно было, где и горячо,
Зато - своя.
