В райцентре, в Советском Союзе,
Я думал о взбалмошной музе,
О разуме розы, о том,
Что будет со мною потом.

В райцентре советской эпохи
Я думал о том, что неплохи
Мои перспективы — себя
Найти, никого не губя.

В райцентре, в хорошей хрущевке,
Я думал о том, что винтовки
Не могут спасти этот мир,
Не может спасти конвоир.

Где правила балом рутина,
Где было тепло и пустынно,
В продмаге — шаром покати,
Я думал о главном пути —

К себе самому. По-другому —
Мне было тогда не дано.
…Я очень тоскую по дому
В райцентре, где не был давно.

                                            2019

То сердечко, то давление... Хворей всяческих — с лихвой.
Трудновато. Тем не менее, я пока еще живой.

Коли так, то значит, нечего плакаться от разных бед
И коситься недоверчиво на ликующий рассвет.

Коли так, то надо заново жизни открывать лари,
Радостно смотря на зарево зажигательной зари.

Где заря — там озарение, правильный ориентир…
…Все дороже, все бесценнее этот непутевый мир…

                                            2023

Ищет руно золотое Ясон,
Птички друг с дружкой поют в унисон.
А у меня поскромнее задачи:
Память отрезать и спрятаться в сон
Здесь на лесистой, проветренной даче.

Грезит огнями и блеском Гефест,
Едет поэт на веселенький фест.
А у меня нет задачи весомой.
Плохо я сдал на выносливость тест.
Стала трава на участке соломой.

Плакать не будем. Кому этот плач
Будет приятен. Своих неудач,
Горестей не избегу я.
А над землей, согревающ, горяч,
Луч молодецкий сияет, ликуя.

                                            2023

А смерть неугомонна,
В делах поднаторев…
А жизнь — такая зона,
Где очень редок грев*.

А дьявол говорливый,
В речугах нарочит,
Трясет фальшивой ксивой.
А Бог молчит.

*Грев — передача продуктов, подарок — жарг. — Прим. автора.

Скрипит, но катится телега,
Пускай в ухабах колея.
Мое всамделишнее ego —
Ты-и-я.
Телега катится туда, где
Вдоль дома тянется лоза,
А на огромнейшем смарагде
Сидят сверчок и стрекоза,
Дружке глядючи в глаза.

                                            2023

Это Кусково, вдоль пляжа ходят родные мои.
Это прабабушка Паша, матрица нашей семьи.

Это и папа, и мама — теплый родительский свет.
Годы — сквозь пальцы, незнамо сколько безбашенных лет.

Это Георгий, Марина, братец старшой и сестра.
Это китайка, калина, жимолость и цетера.

Это на подвиги спорый бедный племяшка Витек.
Это коза, от которой я побежал наутек.

Это Кусково, Наталья. Счастье. Несчастье. Финал.
Горе, страданье, печаль я очень большие узнал.

Это Кусково, аллеи, оранжерея и грот…
Дочка Настюша… Теплее на сердце — множится род.

Это дочурка… Сначала жизнь начинает разбег.
Нет никакого финала. И продолжается век.

Новая эра. И воли боли я больше не дам,
Став для загадочной Оли трепетным, точно Адам.

Это Кусково, основа жизни моей, череда.
Разных столетий. Кусково — это живая вода.

                                            2023

                           О.

Ты опираешься на силу,
На власть, на золотую жилу.
А я — на свет лучистых глаз.
И я сильнее в тыщу раз.

                                            2023

Я загнан был, как лошадь в мыле,
И проморгал свою любовь.
Потом меня похоронили.
А после я родился вновь.

                                            2023

Жизнь — стометровочка: выдох-и-вдох.
Финиш л и к у ю щ и й редок.
Олух небесный и лузерный лох,
Что я скажу напоследок?

Вспомню кино; как по совести жил
Знахарь Антоний Косиба.
Что я скажу, старый славянофил?
Тихое слово — спасибо.

                                            2018, 2023

Не сумели, не свершили,
Не дошли до нужной цели.
Жили — будто и не жили.
Пели — будто и не пели.

А куда же мы спешили,
А куда же мы летели?
Не сумели, не свершили,
Не дошли до нужной цели.

А ведь пели и парили,
И любили, и мечтали.
Трали-вали, тили-тили,
Тили-тили, трали-вали.

                                            2017, 2018

                  «Поэт в России больше, чем поэт»
                                          Евгений Евтушенко

Безденежен, смешон, необогрет,
Не нужен ни читателям, ни власти…
Поэт в России больше не поэт,
А бедный лузер самой низшей масти.

Поэт сидит на лавке. Он продрог
И никому не нужен почему-то.
И все-таки один читатель — Бог —
Есть у поэта. И вот это — круто.

                                            2023