— Ты знаешь, мне это надоело. Ты не заботишься обо мне. Когда мы в последний раз ходили в театр? Ты помнишь, ты обещал, что мы пойдем на выставку Пикассо…
Ты играешь в футбол в одни ворота. Но так не бывает в жизни.
— Я больше не буду.
— Что не буду? Тебе что, пять лет? Сколько это может продолжаться?!
— …
— Ты сидишь у меня на шее, ты ни разу не погладил себе брюки, не сварил ни разу борща… Все на мне, на мне, на мне! Если я не дам тебе новую рубашку, ты будешь ходить в одной всю неделю… Ты же начальник, руководитель крупной фирмы. А ведешь себя как бомж.
— Я больше не буду.
— Что ты не будешь?
— Я больше не буду с тобой жить.

Витька, мой племянник, устроился в крутую фирму. Молодец! А начинал у меня юристом.
Причем, любопытный факт: его самого пригласили.

Из всех наград, которые у меня есть, больше всего я дорожу медалью чемпиона Москвы по хоккею с шайбой.
Мне было десять лет. И я был известный хоккеист, центральный нападающий.
В спорте (в основном!) все честно. Побеждает сильнейший. PR здесь не поможет.
А вот в литературе по-другому. Тут PR играет важнейшую роль.

Кто победит — боксер или хулиган?
Смотря — где.
На ринге, конечно, боксер. А в уличной заварухе? Когда напротив боксера стоит хулиган и его шпана, его банда.
Я видел в детстве, как один наш дворовый отморозок избивал чемпиона Москвы по карате. И тот даже не сопротивлялся. Понимал: в случае чего его могут убить.
Ситуация в литературно-поэтическом мире напоминает мне московские дворы моего детства, а также тамбовскую юность. Побеждает далеко не сильнейший, а тот, у кого больше банда, у кого сильнее покровители и т.д. Объективности тут нет. Хотя поэзия — категория абсолютная. Здесь все прозрачно, как в математике.

Видимо, Путин в детстве хотел быть фотомоделью, мечтал находиться постоянно в центре внимания. А потом ЛГУ, разведка. В разведке на виду быть нельзя.
И вот теперь ВВП наверстывает упущенное. Летает на самолетах, погружается на байкальское дно, ездит на мотоциклах, целует детей, обнажает торс, ловит медведей, тигриц и китов… Супермен!
Вообще, невысокие люди способны на оригинальное поведение.

Слушал по «Эху» интервью с артисткой Натальей Фатеевой. Она кроет Путина почем зря. Одна из претензий такова: он сидит на совещаниях, как пахан.
В этой ругани — очень много обожания… Видимо, Фатеева этого сама не понимает, а ее используют умелые кукловоды из Кремля и с самой радиостанции. В нашей бандитской стране (где половина населения сидела, а другая половина охраняла!) быть паханом более чем престижно. Фактически, это признание абсолютных лидерских способностей за ВВП.
«Эхо Москвы» ведет очень простую, но умелую политику прославления Путина. Критикует, ругает, высмеивает. Обращает на него внимание. Это главное. Это реклама от обратного.
Вы думаете, я преувеличиваю? Ничуть. «Эхо Москвы» принадлежит ГАЗПРОМу. Если бы Путину или Суркову хоть что-то там не нравилось, один звонок Миллеру — и на радиостанции новый главный редактор и новые журналисты. Нет, карманная оппозиция нужна Кремлю. Точно также, как, например, Зюганов.

Борис Ефимович Немцов развил бурную деятельность. И с коррупцией борется, и на митинги ходит, и даже в кутузке несколько раз побывал. Борец за права народа.
Глядя на него, я не могу не улыбаться.
Наверное, уже не все помнят, что г-н Немцов многие годы был губернатором крупнейшей области, первым вице-премьером и фактически фаворитом Ельцина.
Людям с таким послужным списком бороться с коррупцией неприлично. Сама система нынешней власти (да и не только нынешней) предполагает коррупцию как систему управления. Борис Ефимович многие годы был частью системы. Причем, в ее высшем номенклатурном отряде. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.
У меня один вопрос: уважаемый Борис Ефимович, я знаю Вас как честного человека. Скажите правду: Вы что, никогда не получали откатов?

Я веду дневник с подросткового возраста. С 14 лет. Отец подарил мне на день рожденья ежедневник и я стал записывать все, что со мной происходит. С 15 лет я стал печатать все на печатной машинке.
Я рано понял, что ведение дневника — это замечательный вид автотерапии. Записал — и отпустило... А если что-нибудь забыл, открыл дневник — там все зафиксировано.
Женившись, я продолжил вести дневник. Надо признать, мужем я был отвратительным. Не буду перечислять все свои недостатки — они стандартные.
Моя жена, женщина южных темпераментных кровей, сильно меня ревновала и применяла разные способы борьбы со мной. Она могла ущипнуть меня, укусить, обругать. Но самое главное и коварное наказание заключалось в том, что, найдя мои дневники, она рвала их в клочья и швыряла мне в лицо.
Я прятал дневники, как Солженицын «Архипелаг Гулаг», — под матрац, под ванную. Жена находила, разрывала в клочья и бросала театрально в лицо. И мне приходилось собирать и склеивать эти злополучные, но столь дорогие мне листочки.
Потом начались большие перемены. Пришла пора Интернета, жена уехала на ПМЖ в другую страну. А потом я захватил власть в «Детях Ра», присвоил себе полномочия главного редактора и стал беспардонно печатать свои дневники уже в журнале. Сохранять свои дневниковые записи мне стало легко. Так что порванные листочки мне в лицо теперь никто не швыряет.
А жаль.