← Май →← 2011 г. →
|  |
Блог Евгения Степанова10 МАЯ
интернет
спам sms поэты тащат в стихи новую лексику душа человек чувства поэты отказываются от старых слов я не отказываюсь …когда все продают доллары я их покупаю
10.05.2011
Павелецкая
4.5.6
4 мая, в 18.00, ходил в школу № 456, мою родную московскую школу, которую закончил ровно 30 лет назад.
Из одноклассников не пришел никто. Разговорился с одним поддатым и толстым стариком, оказалось, он закончил на 3 года раньше нас. Он рассказал какие-то новости об учителях. В общем, все грустно.
7-9 МАЯ
В выходные отдыхал, немного работал на себя. Чуть-чуть редактировал старые стихи, как говорил мой покойный друг Миша Поздняев, вправлял суставы.
Смотрел «Приключения Шерлока Холмса…», «Еще раз про любовь», спал, ел, вычитывал «Детей Ра», «Знание-сила. Фантастика», книгу обнинских поэтов, в офисе делал ремонт (он почти завершается). «Еще раз про любовь» (реж, Натансон) — абсолютно современный фильм, ни на йоту не устаревший. Типичные московские (случайно-неслучайные!) отношения. Он (Лазарев) живет один, она (Доронина) — с мамой. Встречаются, не понимают друг друга, обижают… Начинают понимать, когда уже поздно. Когда один уходит. Навсегда. Очень сильный фильм. Вот мое давешнее стихотворение. Поправил в нем одну строчку.
* * *
каюсь. силы мои убывают
точно силы столичных лито а за что же меня убивают есть похоже — за что я не черт но владелец чертога он немного похож на подвал и не все что умею — от бога и не все что имею — отдал как такого любить. понимаю. и хотя аки деспот суров я обычнейший тост поднимаю: за у-богих — любимых! — врагов 16.04.2011 ст. Партизанская
КУСКОВСКИЙ ДНЕВНИК
17 лет (с рождения) я прожил в Кусково (архитектурно-художественный ансамбль ХVIII века, Юго-Восток Москвы). Там родился, крестился, школу закончил, женился, с дочкой гулял. И всегда там писал стихи. Или писал стихи о Кускове, когда жил в других местах. В основном это очень давние — ранние! — стихотворения.
НА ФОНЕ ЛЬВОВ
Кусковский парк ничем не виноват,
что уроженцу невских берегов напоминает он то Летний сад, то Царскосельский парк, то Петергоф. В. Британишский
Мы резвились, плескались, шальные ребята,
Прописавшись в пруду, словно стайки плотвы. Нам до чуда Москвы было дел маловато. Нас за это не грызли кусковские львы. Мы взрослели и девушек мы целовали, Мы смотрели на них — не на чудо Москвы. А потом уезжали в банальные дали. Нам прощали и это кусковские львы. Мы не вечны, и нетути в этом секрета, И когда-то Аид нас призреет, увы. Все же львы, я надеюсь, простят нам и это. И, быть может, поплачут любимые львы. 1984 Рассказово
КУСКОВО. НОЧЬ. ЛЕТО
В экстазе летней буйно-розовой поры,
Когда наш длинный дом спит, как убитый, — Комарики гудят, как мессершмитты, Да не страшны мне, дзюдоисту, комары. Когда гитара замолчит устало И тоже спит, накрытая чехлом, — Лягушки лучше профессионалов Поют в кружке болотном хоровом. А я… во власти странного звучанья Огромных микрокосмов мирозданья. 1986 Вешняки
КУСКОВО. ОКТЯБРЬСКИЕ ДНИ
Желтеют листья унибромом,
Некачественно закрепленным. Бледнеют быстро небеса, Как самострочная джинса — От первой стирки. Дни не жарки. Октябрь стоит в кусковском парке. А я, шурша листвою, снова Шагами меряю Кусково. Со мною нет дружков-приятелей. А это и необязательно. 1987 Вешняки
КУСКОВО. СНОВА ОКТЯБРЬ
не видно чтоб выросло дерево пышек
не слышно чтоб жили в пруду осетры лишь топают листья как жирные мыши спешащие в крепость бетонной норы я снова изгой ибо рад быть изгоем пусть нету друзей пусть один на юру пусть время опять на дворе неблагое а мне и такое пришлось ко двору 1987 Вешняки
ВОТЧИНА
1
…И вернусь, и вернусь я на круги своя
В тот убогий, божественный дворик родной. Там гуляют мои молодые друзья Со своей — ну и ну! — со своей ребятней! Там живет мессианскою жизнью своей Старый пруд, Где зимою сражаются парни в хоккей, А весною и летом рыбешки клюют. Там любовь моя горькая в строчки легла, В ироничный, забавный сонет превратясь. Там помойка и та мне довольно мила, Даже грязь как не грязь. Там у длинных, бетонных, «застойных»домов Души есть и с избытком ума. Почему? Объяснить я сейчас же готов — Потому что родные дома! У меня необкатанная колея. Но я верю: чудесной порой Возвращусь навсегда я на круги своя В тот кусковский, божественный дворик родной. 1985 Рассказово
2
У родного моего квартала —
Новый вид. Где пивная бредила, рыгала — Чинный общепит теперь царит. Где таскал мормышкой я ротанов, Намывал неонам мотыля — Зданиями, как в заморских странах, Нынче понапичкана земля. Где гулял с любимой допоздна я, Где и с нелюбимой я гулял, Юная компания иная Правит бал. Изменений и других немало, С изумленьем я смотрю на них, Потому что жил в иных кварталах Много лет, увы, не золотых. 1987 Вешняки
ПРОВИНЦИАЛЬНЫЙ ДНЕВНИК
Шесть лет я прожил в провинции. В областном центре, районном центре, работал в сельской школе. Там тоже вел стихотворный дневник.
ТВОЯ ПРОВИНЦИЯ
Э.С. Зенченковой
Синематограф, клуб, два книжных магазина.
Печальный коленкор — провинциальный быт. Но где ты осознал, что в мире есть рябина, Но где ты услыхал напевы Аонид! Хроническая грязь, извечные попутки, В автобусах смурных — грызня и толкотня. Но где к тебе друзья на удивленье чутки, Но где тебе дано взобраться на коня!.. 1984 Рассказово
РАЙЦЕНТР
1
То было мне судьбой отмерено.
Я помню, не тая любовь: Кирпичный дворик, площадь Ленина, Районку «Трудовая новь», Рожденье моего ребенка, (Он там, в райцентре, был рожден!) А длинноухая колонка, А блеск усадебных колонн! Там жил, как паладин, прекрасно я, Там из меня клан темных сил Не стал тянуть рублей и жил. А если было что ужасное, Так то давно я позабыл.
2
В районном центре проживая,
Как Зоркий Глаз, узреть я смог: Большая площадь городская — И есть районный городок. На ней соседствуют спокойненько, Точно в системе инь и ян, Горком и церковь с колоколенкой, Медветрезвитель, ресторан. Там есть «КООП», «Комиссионный» и Кафе, продмаги, туалет, Избушки и дома бетонные. Ей-ей, чего там только нет. И было время: каждый день я Ходил-бродил там молодой. А в чем же смысл стихотворенья? В том, что, вне всякого сомненья, Мне площадь сделалась родной! 1987 Вешняки
О ЗИМНЕМ РАЙЦЕНТРЕ
Плохо в райцентре со светом.
Темень — ночною порой. Лишь освещается снегом Город ночной. Плохо в райцентре и с музами. Не долетают никак. Лишь замечательно с музыкой — Воют хоры дворняг. Тяжек ли крест мой? Не тяжек! Ведь я такой человек: Нравится пенье дворняжек, Нравится яркий снег! 1984 Рассказово
ВОСПОМИНАНИЯ О ВЕЧЕРНИХ СЕАНСАХ В РАЙОННОМ КИНОТЕАТРЕ
Там запросто курили. Не украдкой.
И в туалет ходили взад-вперед. Там доблестный (поддатый) страж порядка Храпел, смеша честной народ. Там вспыхивала резким светом финка, Коль звук (хоть на минуту) исчезал. Там обсуждали каждый кадрик фильма. Отборным матом. На весь зал. И — плакали, и — плакали по-детски Над бедной мелодрамой по-советски И над индийским (тут — навзрыд!) кино. Я плакал с залом заодно. 1987 Вешняки
ВОСПОМИНАНИЕ О РАЙОННОМ КНИЖНОМ МАГАЗИНЕ
Райцентр. Я молод. Я напал на
Великолепный книжный след. Завмагом, душка Нина Пална Меня зовет в свой кабинет. И — ексель-моксель, мать честная! И — веселись, душа, оттаивай! Вот «Мифы Древнего Китая», Вот Хлебников, стихи Цветаевой!.. Жизнь так похожа на конфетку. Вот только не на шутку жаль мне, Что я похвальную заметку Не написал о Нине Палне. 1982 — 1991 Рассказово — Вешняки
СТАНЦИЯ ПЛАТОНОВКА ТАМБОВСКОЙ ОБЛАСТИ
Лошади в упряжке.
Ставни расписные. Странные дворняжки — Грустные, но злые. Мужики-пьянчужки Вечно во хмелине. Сказочные книжки В книжном магазине. 1982 Рассказово
ПОТРОГАТЬ РУКОЙ ЖЕРЕБЕНКА
Он частенько уходит в запой.
В отношеньях с людьми — напряженка. Но он хочет потрогать рукой Жеребенка! Такого, какой на картине С.В. Герасимова «Молодняк в леваде. (На конном заводе)» Изображен в левом (от нас) углу. Жеребенка! Каких много на Новой Ляде. Же- ребенка! 1982 Тамбовская область
ТАМБОВСКАЯ ВЕСНА
Не Цна весною разлилась,
А грязь. Но воробьи, как лягушата — Прыг-скок, прыг-скок молодцевато. И сам я выгляжу бодрей Весною, будто воробей! 1985 Тамбов
* * *
На той неведомой звезде
Играет каждый на дуде. И не играет на беде Другого. Увы — билетов нет нигде, Чтоб к той неведомой звезде Добраться из Тамбова. 1982 Тамбов
* * *
С. Бирюкову
Здесь времечко напоминает слепнями покрытую клячу.
Здесь вечные гости плетут не корзинки, увы, — чепуху. Но учит провинция тихому, горькому-горькому плачу. И есть априорное мненье: провинция учит стиху. И есть занимательный факт: провинция учит полету Над пропастью въедливых и намагниченных мелочей. А также дарует возможность (порою и мне, стихоплету) Наслушаться не депутатских, а ясных небесных речей. 1982 — 2011 Рассказово
ПРАКТИКА В ШКОЛЕ
1
Кулек медикаментных ягод
Съедаю, направляясь в класс, Где, словно тигры на манеже, Сидят мои ученики.
2
В глухом селе
ко мне подходит девятиклассник и говорит: — Wie geen es Sie? И мое сердце, как самолет, Выходит из воздушной ямы. ст. Платоновка 1984
СЕЛЬСКИЕ ЭТЮДЫ
1
Худые сельские вороны
Кружат над головой моей. Они ко мне неблагосклонны. И каркают все злей и злей.
2
Вот наша развалюха школа.
Вот я — зеленый педагог. Вот дети-изверги. Вот соло Поет трагически бычок У школы. Мне довольно тяжко. Но отчего в иные дни Мне кажется, что я сродни Земле печальной, как дворняжка? 1986 с. Верхнеспасское
ОДИНОКИЙ ПОДСОЛНУХ
Среди пустынных предоктябрьских нив
Стоит подсолнух, голову склонив. А над его склоненной головой Кружит грачиный беспощадный рой. Мне эта сценка невеселая видна Из школьного глазастого окна. 1986 с. Верхнеспасское
СТАРЫЕ СТИХИ, КОТОРЫЕ ЧУТЬ-ЧУТЬ ПОДПРАВИЛ И В КОТОРЫХ, НА МОЙ ВЗГЛЯД, ЧТО-ТО ЕСТЬ
* * *
Люблю зимою алычу,
А мандарины — летом. Люблю сказать: «Я заплачу!» И — заплатить при этом. Люблю Егору Кузьмичу Сказать заздравный спич. А Леониду Ильичу Сказать: «Прости, Ильич!» Люблю свой град — большой вокзал; Чтобы меня любили. И жаль, как Беликов сказал, Что у меня нет Лили. Люблю тебя, моя жена, Люблю вон ту девицу. Люблю тебя, моя страна, А также — заграницу. Вся эта «лайф» мне дарит «кайф», Как дарят «кайф» подростку Рок-группы «Настя» или «Чай Ф», Свои рок-группы в доску. 1989 Вешняки
МОЛОДОСТЬ
— А мир этот зол, как «Роман без вранья»,
Кровав, точно путь на престол. Здесь даже такой про-ходимец, как я, Почти никуда не прошел. Здесь чуть зазеваешься — голову с плеч. Здесь любят чужую беду. И, видно, тебе головы не сберечь. — Сберечь! Я сквозь стены пройду! 1990 Вешняки
* * *
— Чего ты ищешь в этом деле,
Какой твой алчный интерес? — Я не ищу конечной цели, Мне интересен сам процесс! Ищу, ищу, ищу чего-то, А отыщу — швырну в окно. Я так живу, как мне охота, Как мне охота и дано. 1987 Вешняки
* * *
Вот мир. Вот жизни виражи.
Вот жизни миражи. Вот гром невиданный. Он рушит Дом... Вот мы над пропастью. Во р (л) жи. Вот он, кто в гору не пошел, а превратился сам в гору, в дальнейшем полностью разру- шенную, как престол. Вот ты, рыдающий хохмач. Вот ты. И вот твой смех сквозь плач. А вот и я, я дуралей. Я верю: будет все о, кей! 1990 Вешняки
ЗЕРКАЛО
Житель замка — и житель барака.
Забияка — ничтожный бояка. Нажил годы — отнюдь не умишко. Старикашка — подросток-мальчишка. Чернь — потомок далеких баронов. Штольц — но чаще Илюша Обломов. Близнецы — постоянно меж двух Состояний — скитается дух. 7.06.1997 Есенинский бульвар
БОЛЬ
Не обрящешь душевный покой,
Воздух жизни глотая. Но спасенье от боли сквозной — Боль иная. Путь твой, как и у всех, каменист, Как и все, ты невольник Юдоли. А поэтому, как мазохист, Ждешь ты новой — спасительной! — боли. 1987 Вешняки
* * *
И смерть «следы своих когтей»
На мне пока не оставляла. Хотя молоденьких парней Она угробила немало. И жизнь нормально, не спеша Течет под флагом Гименея. Однако корчится душа, На это права не имея. 1987 Вешняки
* * *
Т.А. Бек — с любовью
Непросто, право, жить на свете,
Когда тебе поможет кто-то, А ты не знаешь, как ответить На слово, дело… доброхота. Что можно сделать для него? Зато на диво жить легко, Когда нагадит свора гадов — Им отвечать никак не надо. 1987 Вешняки
ЗАМОРОЗКИ ДУШИ
Кондуктор юности
нажал на тормоза. Всей прытью лезут брови на глаза. И в нелюдимости уподобляюсь зверю. Мне тяжело. Я более не верю, что некоей чудесною порой наступит то, что не бывало, и будет мир пропитан синевой, точно холсты кудесника Шагала. 1987 Вешняки
ГОЛОСА
— А может, все же ты подонок,
А не художник, не пиит? Смакуешь семечки потемок, Малюешь комнатный Аид? — А может, все же ты художник И совестливый человек? А может, все же ты художник, Похожий на двадцатый век? 1985 Рассказово
ПАРАДОКС
В жизнь порой вбежит удача.
В памяти ж — одна напасть. Вспоминаю, чуть не плача, Содрогаясь и стыдясь, Даже то, что было всласть. Вспомню то… — мороз по коже, Вспомню се… — и жить не рад. …Отчего же, отчего же Я боюсь тебя, Танат? 1985 Рассказово
ПУТНИК
Что там еще впереди,
Что там? За серединой пути, За поворотом? То ли тропа прямая, То ли сплошная гать? …Знаю я все. Нет, не знаю! И не желаю знать. 1986 Рассказово
СПОКОЙНАЯ СОВЕСТЬ
Это главное — я не Иуда.
И — нормально. И — дождик пошел. Завтра все будет, видимо, худо, Но сегодня-то все хорошо! Хорошо! И на счастье похоже! Не Иуда. На мне крови нет. Я иду, улыбаясь прохожим. Мне — улыбки прохожих — в ответ. 1982 Тамбов
* * *
Прошу, ответствуй, сделай милость,
Как это все соединилось В тебе? Величие и хилость Души? О б ы ч н ы й человек, Ты — океан, десятки рек — В тебе! Ответствуй, сделай милость, Как это все в тебя вместилось? 1984 Тамбов
ЗАМЕНА
«Среди миров...»
И. Анненский
Поражена
Была мощь воли. И так нужна Замена боли. А та княжна Упала в Лету. Но не нужна Замена свету. 1981 Тамбов
* * *
Н.З.
Иметь иллюзии — есть дар.
Иллюзий розовый пожар Тушить не торопись. Не надо на него — пись-пись. ...Вот я. Федот, да все ж не тот. Иллюзий нету на свой счет. И — очень, очень тяжко. Где наша, женка, бражка?! 1984 Рассказово
* * *
Н.З.
Ложь гонишь метлой — упирается ложь.
Ее из сознания не изживешь. Во мрак превратится полуденный свет. Ты знаешь, мне кажется, истины нет. Мне кажется — нет. Ни на чьей стороне. Сгорела, как сочная елка, в огне. И жизнь — понимаю спокойно сейчас — Придумана мной, как нелепый рассказ. Но мне помогли — я один бы не смог — Андреев и Бунин, Иванов и Блок... Мой мир — получается эдак — мираж. И я — нереальный — как сон — персонаж. 17.03.1997 Есенинский бульвар
КЕМ Я БЫЛ?
Странником необогретым,
Боссом, довольным собой, И романтичным поэтом, И прозаичной свиньей. Неким смешным имяреком. Этаких не сосчитать. Словом, я был человеком. Миру людскому под стать. 24.10.1997 Париж
* * *
«Никого со мною нет.
На стене висит портрет». А. Тарковский
— Грехи, погрешности, грешки.
Набиты доверху мешки. Куда бы спрятать этот «клад»? А то я сам себе не рад. — Нет, милый мальчик, извини. — Сказали бляди Сен-Дени. — Нет, спрятать ничего нельзя. — Враги сказали и друзья. — А что же делать, если квота Терпения — равна нулю? — И все ж терпеть, — ответил кто-то. — Терпеть — я так тебе велю. Терпеть — до смертного креста. — Затем? Молчанье. Неспроста. 24.11.1997 Париж
* * *
Реактор-мозг, как смерч, двужилен.
Подвижней, яростней, чем ртуть, Седые шупальцы извилин Нащупывают точный путь К победе — сохраненью рода. И тает смысл иной, как воск. Любовь и дружбу не природа Являет миру — грешный мозг, Который врет себе, и веря Себе — взорваться не спешит. Сей мир, косящий зраком зверя, Добрее кажется на вид. 7.11.1997 Париж
* * *
У зимы затянулся жестокий забег.
Сумасшедший, безжалостный мартовский снег Закрывает ресницы московским прохожим. Что-то скрыть иль укрыть он желает, похоже. Он метет день-деньской, он метет и метет. Лишь один необычный, седой пешеход Не страдает от снежного круговорота. Потому что прожил лет, наверно, пятьсот, Потому что изведал нездешнее что-то. 1985 Вешняки
ТОЛПА КАЗАНСКОГО ВОКЗАЛА
Меня давила, как клопа,
Сжимала мне бока, сминала Разноязыкая толпа Вокзала. Но ни минуты, ни одной, Не раздражался на толпу я. Поскольку сам я был толпой, Сам всех толкал напропалую. 1985 Вешняки
ВЕЧНЫЙ ДИАЛОГ
— Ответствуй мне, какого беса ради
По фигуральной площади Пигаль Твои мозги гуляют, будто бляди? Ужель тебе себя не жаль? — Но ведь твои накачанные плечи, Его ручищи, а евойный пах Здесь тоже ходят-бродят недалече, В тлетворных этих, горестных местах. 1987 Вешняки
ГОРЕСТЛИВЫЙ МИМ
«О засмейтесь, смехачи».
В. Хлебников
А горестливый мим
Со смехом не прощался. Смеялись все над ним, Над всеми он смеялся. А горестливый мим Играл и не ленился. И превратился в миф. И миф не испарился. 1982 Рассказово
ВЗГЛЯД
…А после долгой кутерьмы
Разнообразных грустных дел: Зимы извечной и сумы Заплечной, и слепой тюрьмы — В трюмо ты бегло поглядел. И отразились в том трюмо Мистически одновременно Синьор Иосиф Бальзамо, Мадам Блаватская Елена. 1985 Рассказово
ЭСКАЛАТОР. ПЕЧАЛЬ
Городской народ
По делам спешит: Кто-то вверх идет, Кто-то вниз бежит. Кто-то увидал Два зрачка родных. Больше никогда Не увидит их. 1987 Вешняки
* * *
Конечно, комнат пять — не четверть комнатенки,
Конечно, много тыщ — не жалкие копейки. И — в отпуск на Гавайи. Как сибарит. В шезлонге. И в отпуск — не в Тамбов опять писать статейки. …Неистребимый червь червленого спецхрана, (Прошу не путать с красно-коричневой охранкой) Я представляю, живут в изящных странах, Но разве так живут, как я мечтал под банкой? Но разве я найду в какой-нибудь державе, Что вижу я во снах, когда Оле-Лукойе Меня уносит ввысь от горестливой яви, Но разве сам себя оставлю я в покое? 1987 Вешняки
* * *
Русский горестный сюжет —
Старика на склоне лет Обвинили в пессимизме. И — услышали в ответ: — Есть условия для жизни. Только жизни больше нет. 9.01.1998 Есенинский бульвар
* * *
Придет победа как награда.
Но возжелать победу надо. Прольется дождь чудес из тучи. Но возжелать ты должен жгуче. Умрешь — придешь на землю впредь. Но страстно должен захотеть. А если нет огня и страсти, То скажет главный кучер: — Слазьте. 16.11.1997 Тверская
* * *
Я согрешил бы —
Вас ославь я За монолог тщеславный Ваш. Я сам на ярмарке тщеславья — И покупатель, И торгаш. — Я в этом мире крут и значим! — Кричу. — Я вон куда пролез! Все это г л у п о с т ь. Не иначе. Но без нее умрет прогресс. 20.01.1997 Вешняки
* * *
Предначертанность. Повсюду
Знак ея. И неспроста. Стало жалко мне Иуду. Без Иуды нет Христа. Предначертанность. Похоже — Даже маломальский шаг Самый маленький прохожий Делает не просто так. 4.10.1995 Тверская
* * *
Кто программист?
Сама Природа. Вот рядом Ева И Адам. Программа сохраненья рода — Сильнейшая из всех программ. Одни В малюсенькой квартире. Вдвоем. Нага. И он раздет. Что есть таинственнее в мире? Спроси — и я не дам ответ. 18.01.1997 Вешняки
* * *
Святоша? Постаревший враль?
Конфетка? Дьявольская плеть? Продравшая глаза мораль? Утратившая силу плоть? Нью-Йорк? А, может быть, Тамбов? Москва? А, может быть, тайга? Я, видно, очень бестолков. Не понимаю ни фига. 17.07.1995 Тверская
* * *
Уходит в монастырь путанка,
Выходят на панель весталки. Въезжает грипп кошмарным танком Во все клетушки коммуналки. Ждем доктора, как ждут Мессию, Ждем порошков, как семь хлебов. ...Я был повсюду. Но Россию Сравнить ни с чем я не готов. 1990 Вешняки
* * *
Террористы, смутьяны.
И другое дерьмо. Нет, до Звенты-Свентаны Нам еще далеко. Никакой безмятежности. И в сумятице дней Хоть бы капельку нежности От ближайших людей. 23.07.1995 Тверская
* * *
Это все, увы, для понта.
Это все — земная лажа; Шик-модерн евро-ремонта, Опиум евро-массажа. Если путь мне уготован В космос будущих годин — В тихом домике из бревен Я хотел бы жить один. 2.09.1996 Тверская
* * *
Все так мучительно непросто,
Порой охватывает дрожь. Смотрю на этого прохвоста — Он на меня, как брат, похож. Какие-то стальные нити Меня соединяют с ним. И только горькое — простите! — Я вымолвить могу другим. 28.09.1995 Тверская
* * *
Выдумка, тщеславие, мура.
Призрачная, зряшная победа. Глупая отвага комара, Севшего на щеку людоеда. Боже мой, о чем я, да о ком? Словеса твердеют в укоризне. Подступает к горлу влажный ком. Я не о своей ли часом жизни? лето 1996 Рассказово
КАК ВСТАРЬ
Тверская.
Ночь. Фонарь. Кафе. Прозрачный ливень. Сборник Блока. Мое окно. Я подшофе. Так хорошо — Так одиноко. Себя на собственном суде Сужу — Нет горше приговора. Я — мастер мести. Но — себе. Как некогда сказал Соснора. 11.09.1996 Тверская
ПУТЬ
Тут-тук, тут-тук
По темени. Осталось мало времени. Осталось мало времени. И сил, и снов, и семени Осталось Тоже малость. Я — раненая птица. Но мне с пути не сбиться. Не мной Проложен этот путь. И в сторону не повернуть. 19.01.1995 Вешняки
* * *
Т. П.
Не льстился на елей — любой.
Не верил ничьему злословью. Я был распят — самим собой. Своим грехом. Своей любовью. Своею песенкой смешной. Своим нездешним пульсом адским. Своей славянскою душой. Своим прищуром азиатским. 3.08.1995 Тверская
* * *
Я знал — мальчонка-весельчак —
До старости остался шаг, Одно мгновение, о д н о. И вот я стар. Мне все равно. Мораль и пресна, и проста — Жизнь началась — жизнь прожита. 16.01.1997 Вешняки
* * *
И — тесно папироске в пачке.
И — тесно костерочку в печке. И — тесно в конуре собачке. И — тесно бабкам на крылечке. И — тесно мне в квадрате неба, В прямоугольнике державы. Но — плакать, плакаться нелепо. Всем — тесно, всем, о Боже правый... 1990 Вешняки
* * *
Жизнь — тетрадь школяра — перелистываю.
Даже грустно, как я невелик. И сдается, что главную истину Я — ленивый пацан — не постиг. Тыщу лет я проспал — грея пузико. Не изведал основ бытия. В мозг — компьютер — является музыка — Я не знаю — в чем тайна ея. 15.07.1995 Тверская
ОГОНЬ В ОГНЕ
Я был — как бес — богат вполне.
Я был — как бомж — на самом дне. Но огненный незримый столп Не затухал ни дня во мне. Питался мой сумбурный троп И отсветом чижевских троп, И вечной квантовой пыльцой, И песней, что озвучил Цой… Я в очень красной жил стране. Я был — как все — огнем в огне. И огненный незримый столп Не затухал ни дня во мне. 30.09.1995 Тверская
* * *
Надо всем быстротечность царит, точно Бог.
И во всем — быстрота, быстрота. Не успеешь из горлышка сделать глоток, Как бутылка «Кодрянки» пуста. Не успеешь за талию даму обнять, Как твоя эта дама, твоя. Не успеешь с женой развестись, как опять Создается тобою семья. И душа удивленьем все время полна: Как же быстро дни в Тартар летят. Не успеешь на свете понять ни хрена, Как летит за тобою Танат. 1987 Вешняки
В ДОГУТЕНБЕРГОВСКОЙ ЭПОХЕ
Н. З.
В метро (или точнее — в грогги),
В ОВИРе (или в синагоге), В конторе (в маленьком ГУЛАГе) Сердчишко пляшет буги-вуги, Вываливаясь вон из ребер. Новехонький Адольф (Шикльгрубер) Вопит знакомые слова. И все ж — не хнычь, и все ж — ca va! Ты, право слово, не права, Что больше не жива Москва. В метро (выходит, что в дороге!), В ОВИРе (все мы — бедолаги!), В конторе (это ж не в тюряге!), Рать неофюреров ленива, Болит сердчишко, значит — живо! В догутенберговской эпохе, В эпохе развитого лиха Не хнычь, не хнычь, моя старуха, Дела не стопроцентно плохи! 1989 Вешняки
СОНЕТ
«Мой день беспутен и нелеп».
М. Цветаева
Любить мадонн за телеса,
За души — ресторанных шлюх, Любить за молодость старух, За внутренние очеса — Слепых, породистого пса — За то, что странно корноух, Любить России новой дух, Не осуждая «голоса» — Еще я, слава Богу, в силах, Хотя давненько в стариках (Речь не о годах) пребываю! Еще верхом на крокодилах, На ядрах, звуках, на китах Летаю — стены пробиваю! 1982 Тамбов
* * *
...и все же — все же — жизнь — спасибо.
За все — спасибо — но — особо — За то — что улететь на небо Одна изящная особа Не хочет более. И — Danke — За то — что мне лечили раны Чистейшие, как спирт, вакханки — Приоткрывая мир нирваны. И все же — все же — жизнь — спасибо. За все — спасибо. Но — особо — Что била — по зубам — неслабо — Ведь больше не боюсь и гроба — 1991 Кельн
19.08.1991
Я — глиняный — мой грех — типаж мужчины.
Жизнь лепит из меня —точно гончар из глины — То гедониста — боль! — то супер-кайф! — аскета, То верю я в Христа — то верю в Магомета. Но — видят Небеса! — своим считаю долгом — Не верить никогда — и никаким! — адольфам! 19.08.1991 Вешняки
ПОДРАЖАНИЕ ВАСИЛИЮ КАЗАНЦЕВУ
— Это пoшло. Но это пошлo.
Это лажа. Но дали лыжню. — Незавидно твое ремесло. Что из лажи сварганишь? Лажню. — Это главный вопрос бытия. Это жизнь. Это смерть. Бытие. — Незавидна житуха твоя. Бытие, бытие... Битие. 2.03.1991 Вешняки
* * *
Домой Есенинским бульваром
Я плелся на исходе дня. Воняло тошным перегаром. И что печально — от меня. Я плелся после пьяной раrtу Домой, мечтою обуян Скорей свалиться на кровати Или уставиться в экран. И все. А ниточки астрала Я умудрился оборвать. И не подруга ожидала Меня, А тара-канов рать. 27.09.1997 Есенинский бульвар
ЖЕНА
Женщин вальяжная стая
Клином прошла надо мной. Третья Тверская-Ямская Стала моею женой. Добрая, мудрая жинка, Как бы я жил без тебя? Всласть накормила «Тишинка», Церковь простила — любя! Все благочинно сложилось, Жизнь у меня удалась. Правда, змея-похотливость Снова разинула пасть. 1996 Тверская
* * *
Не накликаю я беду,
Не занимаюсь спиритизмом. Понурив голову, бреду Навстречу новым катаклизмам. И даже во хмельном бреду Я в прорицатели не мечу. Я просто, как и все, бреду И новой радости навстречу. 1984 Рассказово
* * *
Затянулась жизнь в тугую плеть.
Хоть ты хнычь, хоть тупо охай, ахай. О, какое счастье — умереть. Все проблемы, беды сразу — на ... 1996 Тверская
КОРЧАГИНЦЫ УМА
(Диалог)
Зима кричала: — Есть одна зима,
И нет земли чудесной Эльдорадо! Но ведь зима — корчагинка ума. И обижаться на нее не надо. Н. Н. кричал: — Нельзя!.. Не то тюрьма! И все же он достоин снисхожденья, Ведь и Н. Н. — корчагинец ума. И даже фюрер этого движенья. — Нет, это все сомнительно весьма, Вся эта речь — никчемная рулада. Лишь автор наш — корчагинец ума. Его словам внимать не надо. 1987 Вешняки
* * *
Вдруг скажет мне божественный Госплан:
— Твой мозг убог. Рожден ты бесталанным. И в новой жизни будешь ты бараном, Ведь кто-то должен, должен быть бараном, А ты и кучерявый, как баран. И вспомню я, как трескал шашлыки. И попаду в тиски тоски. 1987 Вешняки
* * *
У. Вахитову
Как-то все нескладно,
неладно, накладно, дрянно, но, слава Богу, есть у меня друг, с которым мы вместе со школы. Ему можно позвонить и, не представляясь (что самое важное!), заговорить о своих проблемах! 1987 Вешняки
БЕССМЕРТИЕ
На этой неплохой планете
В бессмертие —одна стезя — Дети! Иначе попросту нельзя. Искусству, подвигу, наградам Цена не миллион — алтын. И плакать, выть белугой надо, Ведь гибельно бесплоден ты. 1985 Рассказово
РАЗГОВОР С САМИМ СОБОЙ
— Ты, видимо, придал судьбе
Значенье чересчур большое. Любовь и ненависть к себе Слепили из тебя изгоя. — Судьбу давай не укорим — Она, бывает, и поможет. Любовь и ненависть к другим Меня однажды уничтожат. 1985 Рассказово
ЦЕРКОВЬ НАШЕГО КВАРТАЛА
Стебель
этой церквушки хрупок, робок и тонок. И задавлен громадой бетонных коробок. Но лишь он, только он в нашем грустном квартале прорастет сквозь века в неизвестные дали! 1987 Вешняки
ДИАЛОГ
— Как так? Товарищ — враг?
— Была серьезна ссора! — Все ж, так или не так Живу — пойму не скоро. Хотя Н. Н. — вахлак, С ним в ссору не вступаю. И так или не так, Живу — н е понимаю. 1984 Рассказово
СУДЬБА
(Из ЭЗОПА)
Ей фимиам мы не курим,
Ее не жаль нам, раздолбаям. Ее — несчастную — корим. Ее — счастливую — ругаем. Не обратимся к ней: «Сестра!» И не пойдем к ней с мировою. Вот потому-то недобра Она бывает к нам порою. 1984 Рассказово
* * *
Ни тем, ни этим и никем
Не удалось мне стать. И нету тем, и голос нем, И ни гроша опять. Однако сохранилась прыть — Безвестный имярек, Желаю звание носить — Хороший человек. 1984 Рассказово
НЕСВЯТОЙ И СВЯТАЯ
— Я рожден в год триумфа застоя,
Я — полжизни в бетонных коробках. Может быть, оттого так легко я Стал ходить не в героях — в подонках? Я одно говорю, а иное — Мыслю. И мой единственный принцип — Беспринципность. — Ты чуден, как принц. И На себя льешь напрасно помои… 1986 Рассказово
ЖИЛ-БЫЛ АНГЕЛ
Только-только — в Париж — а
Жить на небе — постыло. То гадючка престижа Пробуждается в жилах. Только-только — в печать — но В стол писать он — не пьян. Стал стихи добывать он — Точно семя — Онан. Только-только — для счета Алчет новых девиц — а Чтоб влюбиться в кого-то — С тем решил он проститься. Он упрямее камня. Он достигнет всего. Отчего же тогда мне Очень жалко его? 1984 Рассказово
* * *
Я был дворняжкой.
В волчью стаю Попал случайно. Завываю Теперь, как серый; С чувством, с толком. Грешно, Но стал я тоже волком. И я теперь не брошу стаю, Друзей своих, Волчат своих, Безнравственных, Но ведь РОДНЫХ! Не разорву я кровных нитей!.. Хотя и знаю, Знаю, знаю — Куда несет Нас рок событий. Есенинщина. Извините. 1988 Вешняки
КРЕСЛО
Я тебя обуздал, городок, как индеец — мустанга.
Лбом теперь прошибаю твои оборзевшие стены. Стала рожа моя схожа с башнею танка: Нос — как будто ствол дула, уши — точно антенны. Все отныне умею, все отныне имею. И препоны иные превратить в пыль спешу. Но смешу воспарившую в высь Доротею. Да и сам себя тоже порою смешу. 1989 Вешняки
* * *
Все — абсолютно — по плечу:
Любовь, мешок «гринов», вояжи. Имею все, что я хочу. Что не хочу — имею даже. Но грех сомненья побороть Не удается, как не биться. Кто это мне дает — Господь? А, может, не дай Бог, Денница? 1994 Стокгольм
* * *
Д. Камской
Новый год, Новый год — вот и заново
Я увижу, как встарь, по ЦТ Эту сказку Эльдара Рязанова О любви, о нездешней мечте. И не то чтобы завтра на пенсию, Но уже мне достаточно лет. А в нее, в эту сказку чудесную, Верю, глупенький, как шпингалет. Новый год, Новый год — вот и сызнова Размечтаюсь о том да о сем. А судьба — леди нрава капризного — Настоит, как всегда, на своем. 1997 Москва
* * *
Ни герой, ни ковбой, ни Отелло,
Я отныне молюсь об одном — Чтобы доча моя не болела, Не кручинились мама с отцом, Чтобы яблони в маленьком садике Не терзала паршивка-парша. Персональные шрамы и ссадины Больше не замечает душа. 2.05.1999 ст. Партизанская
ВОЗВРАЩЕНИЕ В КУСКОВО
НОМЕР 3
Длиннее спектаклей занудного Додина,
Кривей и мрачней переулков Тверской Дорога к тебе, боголепная Родина, Была у меня. но теперь я с тобой. И — радостно, как детворе, домочадцам. И — весело парковым ласковым львицам. А я... Видно, счастье — домой в о з в р а щ а т ь с я, А не в о з в р а т и т ь с я. 2.08.1996 Тверская
РЕЦЕПТ
Лейкопластырь смиренья на рану.
Валерьяны прозренья чуть-чуть. ...Должен плакать не тот, кто обманут — Тот —кому привелось обмануть. 6.12.1997 Париж
САДИСТ И ПТИЦА
(Из Мориса Карема)
В его силки попала птица —
И крылья он отрезал ей. Но обескрыленная птица Вдруг стала петь еще нежней. Тогда он клюв оттяпал птице, Не дрогнув бешеной рукой. Но силы появились в птице Петь сердцем — певческой душой. И голову свернул он птице. Ее прервалось бытие. Да родились другие птицы Из капель кровяных ее. 1981 — 1997
* * *
Эта истина очень печальная,
Эта истина очень строга — Ты при жизни усердно печатался — Значит — ты не писал ни фига. 1984 Рассказово
* * *
Почести, счеты, просчеты, счета.
Жалкая лажа — земная тщета. Сколько до финиша? Сущая малость. Главное — чтобы осталась чиста Совесть — да вот не осталась. Ночь. Слава Богу, что город не спит. Бар. Замечательный бармен Язид Мне подливает «Смирновочки» в пиво. Надо напиться. Свалиться с копыт. Дабы забыть все, что сделал паршиво. 20.11.1997 Париж
* * *
Достоинств хилая дружина
Теряла силу — мельтеша. Сама себя впотьмах душила Моя несчастная душа. 23.11.1997 Париж
БЛИЗНЕЦЫ
— Любовь врала. Да без смущенья.
А жизнь рвала. Как рвут пираньи. Я получал в боях раненья. Я жил на выселках, в изгнанье. — А я гонял в автомобиле. И редко чересчур недужил. И все вокруг меня любили. И даже как-то стыдно. Дюже. 1985 Рассказово
* * *
Март упоен своею ролью.
И — дождь со снегом пополам. И — кобелям теперь раздолье. Они весною мужикам Уподобляются. Повсюду Дерьмо — надменное на вид. И — ладно. Никогда не буду Я с мартом воедино слит. 1984 — 1995
ТРАГЕДИЯ
Век живу на этом свете я,
Счастия не ощущая. Замечаю: жизнь — трагедия — Как любовь к себе — большая. Скажем, тяга есть немалая — Чтоб пришла пора былая — Не придет. Не встречу Вали я, Вас не встречу, Серж, Аглая... Или —хочешь — точно карлица — Вырасти — отсрочить сроки Смерти. Фиг. И сердце мается — Как боксер побитый — в грогги. 1987 Вешняки
ЭЛЕКТРИЧКА
У. Вахитову
Сетуй отныне, не сетуй —
На тридцать пятом году Молодость, будто бы Сетунь, Я проскочил на ходу. 1997
* * *
Не ведая правды Еккле-
сиаста, я мыкался в бездне иллюзий — торчал на игле любовной — сладчайшей! — болезни. Я выжил. Отныне из жил моих можно делать канаты для ринга. И все-таки жаль утраты иллюзий, иглы... Этот мир теперь не сияет, как раньше. Он полон иронии, точно Сапгир, и скуп, как заморские транши. 12.08.1999 ст. Партизанская
* * *
На ринге под-со-знания
Боксеры в стойку встали — Законы выживания И правила морали. Кто победит? Пророчества Любые стоят мало. И все ж смотреть не хочется В себя — душа устала. 14.08.1999 ст. Партизанская
ОКРУЖЕНИЕ
Сладкая Лера — отрава.
Хваткий Валера — бандит. Только деревьям и травам Я нараспашку открыт. Страсть промолчит о рассудке. Дружба сокроет расчет. В эти холодные сутки Только печурка спасет. 8.05.1999 ст. Партизанская
* * *
Час придет — увижу Бога.
О себе скажу тогда: — Воровал. Хотя немного. Трусил. Правда, не всегда. Жил — случалось — наслаждаясь В упоительной гульбе. И бывало — каюсь, каюсь — Я не помнил о Тебе. Что ж, суди меня построже За обоз греховных дел. Но Твои наказы, Боже, Все ж я выполнить сумел. Не подался в нувориши, Не продал свободных крыл. Что ниспосылалось Свыше — Я в земельку не зарыл. 31.05.1997 Есенинский бульвар
* * *
О. Исаеву
Я твердил свою молитву.
Не ловился на ловитву Желтоглазого Мамоны. Вел отчаянную битву С ним, царьком вселенской зоны. А потом, точно впервые, Из подруги рыжей, Лии, Извлекал стон сладострастья. За сие отцы святые Отлучили от причастья На два месяца. Похоже, Действия мои негожи Ни Мамоне и ни Богу. Страшно. Каюсь. Верю все же — Жизнь налажу понемногу. 21.11.1999 Есенинский бульвар
КЛОНЫ
я клон луны
луны ли беты торчат — видны! — в башке дискеты есть файлы — сон и явь и голод ты тоже клон нас целый город издалека мы прилетаем и вот «мк» в метро читаем 6.12.1998 Вешняки
КОРРИДА
У него трясутся руки,
Точно руки алкаша. Ибо площадью разлуки Он плетется, чуть дыша. А ему вослед орет Группа разных индивидов: — Притворяшка! Идиот! Что ж, понятно. Жизнь — коррида. 1987 Вешняки
* * *
А. П. Герасимову, моему тренеру по боксу
Висела жизнь на волоске.
И била гаечным ключом. На челночке, на челночке, Точно боксируем, живем. Открылся — в репу получил. Закрылся — и остался цел. Так тренер в детстве нас учил. Так жить я, глупый, не сумел. 1981 Тамбов
ИТОГИ
Все, что хотел — увидел.
Все, что хотел — сказал. Все, что хотел — купил. Все, что хотел — раздал. Жизнь не тянула жил. Часто журавль и синица Были в руках. Любил. Дочке помог родиться. Радостно мне итожить Свое житье. О, милосердный Боже, Да святится имя Твое! 15.08.1999 ст. Партизанская
1992—1997, ИЛИ КРЕОЛКА С 45-Й STREET
* * *
В 1992 году я познакомился в Америке с одной загадочной женщиной. Она родилась в Нью-Йорке. Ее отцом был швед, а мама — женщиной из индейского племени Онайдо. В момент знакомства нам было по 28 лет. Встреча эта стала для меня очень важной и растянулась на несколько лет. Все эти годы я вел дневник. Чаще всего — рифмованный. Дневник чувств.
* * *
женщина впускает в душу
и в жилье свое — 2И страшно — вдруг я все разрушу вдруг не сберегу любви 1992 Нью-Йорк
* * *
— Вы любите Нью-Йорк?
— Да, это мой самый любимый город. — Вы видели статую свободы? — Нет. — Вы были в «Metropolitan museum»? — Нет. — Вы ездили на Брайтон-бич? — Нет. — Может быть, Вам нравится американская кухня? — Я не знаю, что это такое. — Так, Вы любите Нью-Йорк, или нет? — Да, это мой самый любимый город. Город, в котором живет о н а. — О чем Вы мечтаете теперь? — Ни о чем. В моей жизни уже все произошло. Июль 1992 Нью-Йорк
* * *
ты жертвенна в любви и жертвенна по сути
и благостная у тебя стезя я думал — я учусь в Женевском институте религии — ан нет — учусь лишь у тебя отдать отдать отдать — вот что теперь умею с последнею рубахой расстаться буду рад ты у меня в груди — вот что теперь имею и дочушка в груди — я как никто богат 1992 Женева
* * *
я гляжу на тебя ангелок
не дыша гениальны твой лоб и лобок и душа что нас ждет впереди — догадайся поди что нас ждет впереди только не уходи только не уходи только не уходи 1993 Нью-Йорк
* * *
ты
ночь дождь манхэттен мы идем в обнимку мы идем домой о господи за что мне грешному такое счастье 1992 Нью-Йорк
* * *
ты
японская музыка ночь окно покой одухотворенность разговор двух инопланетян проживших в разлуке 2000 лет и вдруг нашедших друг друга неслышный Манхэттен и печаль далека 1992 Нью-Йорк
* * *
все на ходу — все впопыхах
дороги — странствия — годами и сны — на разных языках — о нереальной в общем даме вот жизнь моя — и сны и явь смешная жизнь — а сны тем паче но знаешь — господи избавь — чтоб было как-нибудь иначе ноябрь 1992 Женева
* * *
все могу — что мной желанно
быть храбрей могу гасконца человеческая прана даже чувственнее солнца я любил — она любила при-Мадонна — пилигрима человеческая сила алгеброй неизмерима век живи Мафусаила — все-равно поймешь в финале — человеческая сила — тайна — что нам ниспослали 1992 Женева
* * *
жизнь — и ладно и живы покуда
смерть — и значит законный удел я спокоен — вот счастье и чудо кое-что на земле я успел я обегал полмира — так заяц обегает нечастый лесок я любил гениальных красавиц я воспитывал Настю как мог хоть бывало я нес разный бред — но краской лжи не поганил стихи а еще я молился усердно дабы смыть прегрешенья свои 1992 Женева
* * *
деревья снимают цветные кафтаны
бакланы кричат точно чуят беду и падают падают наземь каштаны а я постараюсь — и не упаду я как подобает матерому зверю все вытерплю — горечь в себе истребя смотрю на Женевское озеро — верю что вскорости буду смотреть на тебя 1992 Женева
* * *
я обречен как Несси
дела мои табак мне мир неинтересен без тебя 1993 Нью-Йорк
* * *
— в дальнейшем все у нас не сложится
— нет сложится — не прекословь любовь есть Бог — ты не безбожница чтоб нашу загубить любовь но если все ж ее замучаешь — не забывай молю сто крат — и совесть Бог — и в нашем случае я чист — и жизни значит рад 1993 Нью-Йорк
* * *
еще полгода назад
я жил с женщиной которую очень любил не любить ее было нельзя еще полгода назад я жил в замечательном теплом городе в самом центре этого города небоскребов а теперь я живу совсем в другом городе где даже дышать тяжело и прекрасная моя женщина от меня ускользнула но мне почему-то все равно хорошо 1993 Москва
* * *
я стар я древний старикан
и не сумел в тоску не впасть я так много в жизни было стран — так мало в жизни было счастья не плачу — все мне хоть бы хны не корчусь раненою серной но странно было т р и жены и ни одной — не плачу — верной прощай моя смешная жизнь остался миг по высшей смете Настюшка дочушка держись прости меня за все на свете 1994 Тверская
* * *
я никого не держал
и никто не держался за меня и если бы не было Бога я был бы совсем один 1994 Нью-Йорк
* * *
я мог бы ужиться наверно с любой
но даже не хочу пытаться почему-то 1994 Нью-Йорк
* * *
...поссорились — я не виню
тебя — давным-давно за нас все решено — и в поздний час метис на пятой на Пятой авеню играет невеселый джаз... 1994 Нью-Йорк
* * *
я больше не твой — я не мальчик-маньяк
способный с тобой забывать и о хлебе я буду любить тех — кто любит меня прощай заблудившийся беби прощай не звони — я ждал вечность звонка я буду держать страсть свою на засове но знаешь — мы оба два хищных зверька загрызжих любовь — мы убийцы любови 1994 Нью-Йорк
* * *
Саше О,Шеннону
закончился тур — по случайности странной
я снова в России — и видно опять я буду болтать на работе с Дианой я буду статейки смешные кропать и слушая Сашкины грустные песни — я буду рыдать забавляя народ а чтобы не сдохнуть — снимать буду пени с деньжонок запущенных мной в оборот хандрить — ни за что — я держать буду марку я буду как все — я войду в общий строй не стану грустить по Центральному парку по смачной развратнице Сорок Второй и может быть даже по женщине-чуду по женщине-вспышке и женщине-мгле не буду грустить только ложь это — буду ведь я же покуда еще не в земле 1994 Тверская
* * *
что же — вышла нест |
Книжно-Газетный Киоск
